«Нет, я к нему не выйду… нет!
Сердитый, добрый — он какой?»
И со стыда или в экстазе
Татьяна дрогнувшей рукой
Спускает воду в унитазе;
И суета уж ей слышна
(Ох, Тане доброхоты эти!):
«Татьяна! Таня! Где она?
Да сколько ж можно быть в клозете!»
Признаем — и долой опровержения:
Глупее не бывает положения.
И вот она приоткрывает дверь…
Евгений перед ней. Как хищный зверь
Взглянул. Громаден, грозен он,
И неуклюж, как толстый-толстый слон.
Стоит, как будто с неба вдруг упавший…
Татьяне б голосом пропавшим
Ему сейчас сказать «привет».
Но тут он говорит ей…
Нет!
Чрезмерно лёгким был бы наш рассказ,
Когда б читатель здесь потребовал от нас
Его закончить; хоть Евгений вряд ли помнит,
Слова, что вырвались так необдуманно в тот раз, —
Напоминать ему не будем; это стрёмно;
И не по вкусу ему будет и сейчас.
Прости за фрагментарность наш рассказ,
Читатель, — мы стараемся для вас.
Но впереди крутой сюжетный поворот —
И отмотаем плёнку мы далече,
Вперёд, на целых десять лет вперёд, вперёд.
Татьяна — к книгам; он — на кладбище идёт;
И каждый с нетерпеньем ожидает новой встречи.

Клементина Бове. Ужель та самая Татьяна

@темы: стихи