Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
Регистрация

like, inspiration and what Bog sends



и всякие кустарные промыслы
невидимые города

— Не желала бы я встретиться с вами, когда у вас в руках револьвер, — кокетливо поглядывая на Азазелло, сказала Маргарита. У нее была страсть ко всем людям, которые делают что-либо первоклассное.

В нашем арсенале много всякого оружия
Но мало специалистов — совсем другое дело
Анка-пулеметчица третьего отдельного
Особого конного полка Чапаевской дивизии


↓ ↑ ⇑
19:10 

А я вчера вечером прочитала "Зулейху", и "Зулейха" мне, к слову, совсем не понравилась. Не потому, что она плохо написана — а потому, что у меня от неё осталось стойкое впечатление: где-то я всё это уже читала. "Зулейха" конспективна: большинство персонажей мы уже где-то видели. И совершенно карикатурную ленинградскую интеллигенцию, и такого же карикатурного Горелова. Персонажей в романе очень мало для собственно романа, и все они явственно делятся на хороших и плохих — вот этот хороший, а этот плохой, ну как это автору простить, да ещё в книге о сбитой с толку эпохе, да после "Чевенгура", да вообще?.. То же происходит и с сюжетом: с какого-то момента жанр damsel in distress внезапно подменяется робинзонадой, таинственным островом — и закономерно лишается всякой интриги. Дальше у наших героев всё хорошо и будет только лучше, и текст тут же выдыхается (а что новые ссыльные в этой утопии мрут как мухи по пятьдесят человек за зиму, так это даётся в скобках).
Я вообще хотела написать о том, что не больно-то люблю исторические романы — в смысле, романы, сильно разнесённые во времени от эпохи, в которую жил автор — но внезапно оказалось, что это как раз враньё, всё я люблю. Просто для таких вещей очень важна идея — и, получается, идея должна быть как раз-таки современна автору, а остальное антураж. Мне постоянно вспоминался непризнаваемый многими серьёзным прозаиком Быков со своим "Июнем" — а ведь "Июнь"-то потрясающий, а всё потому что центральная идея современна автору, и всем нам она современна (ну и в эпохе автор великолепно ориентируется, и по части человеческой натуры наблюдателен, и оценок не даёт, не без того).
Только что листала книжку, выцепила из предисловия, что автор наследует той советской школе "двукультурных писателей, которые принадлежали одному из этносов, населяющих империю, но писавших на русском языке". Оставим грамотность рецензента на совести редактора. Почему татары обижены на Яхину, понятно — там же жуть, национальный уклад показан жестоким, женоненавистническим — но это, по мне, как раз не проблема (даже охотно допускаю, что где-то так всё и было, да и для характера этот эпизод важен) — а проблема, как по мне, в том, что изо всего романа этого уклада там восемьдесят семь страниц, меньше пятой части, да и то, что в романе есть, легко навикипедить, не будучи татаркой. Не Алитет Немтушкин, в общем. И у самой Зулейхи совершенно отсутствует тема противоречия менталитета и окружения, я даже допускаю, что это часть задумки, потому что "покорность не значит слабость" тема красивая, но подана так неуверенно, что непонятно, была ли это задумка или само так вышло.
А ещё — и этого я "Зулейхе" никак не могу простить — книжка целиком написана в настоящем времени. Прямо вот как фанфики или сетевое фэнтези пишут. Как она с самого начала открывает глаза — так и дальше работает, едет, рожает, стреляет. Всё-таки настоящее время страшно дискредитировано и очень портит язык; в настоящем времени не скажешь и половины того, что можно сказать в литературном прошедшем.





@темы: я читаю, лытдыбр

14:29 

Много лет уже меня волнует один-единственный вопрос.

Горбовский:
1. погиб на Далёкой Радуге.  2  (22.22%)
2. выжил на Далёкой Радуге, продолжал жить и действовать в мире Полудня.  6  (66.67%)
3. погиб на Далёкой Радуге и вместе с тем продолжал жить и действовать в мире Полудня каким-то загадочным образом.  1  (11.11%)
4. погиб на Далёкой Радуге и вместе с тем продолжал жить и действовать в мире Полудня. Потому что Далёкая Радуга не часть мира Полудня.  0  (0%)
Всего:  9

15:13 

Вдруг страшно устала от фотографий в соцсетях. Думала, от отсутствия вкуса, — а на самом деле, от отсутствия, знаете, адекватной семантики. Не "как это выглядит", а "зачем".
Зачем эта белокурая тщательно завитая и тщательно напомаженная барышня в кружевной синтетической ночнушке развешивает белое бельё в лучах утреннего солнца? Зачем у неё при этом такая неестественная поза, как будто она только имитирует, что развешивает бельё? Как вообще можно имитировать развешивание белья?
Или: почему эта женщина так неестественно сидит в фотостудийном интерьере, тщательно завитая и напомаженная? Ответ: потому что она завилась, напомадилась и пришла в фотостудию, чтобы её там сфотографировали. Обувь, в которой она пришла, наверняка стоит в прихожей фотостудии, чтобы не пачкать студийный ламинат, а ярко-красную помаду она наверняка смущённо сотрёт перед выходом. И эта уличная обувь, и эта стёртая помада, они тоже незримо присутствуют на фотографии, никуда их оттуда не убрать.
Да я постоянно сама грешу тем же самым — то есть, семантически: что я делаю на фотографиях? Что люди делают на моих фотографиях? Откуда они взялись? Зачем вышли из дома в этой одежде? Почему у них такие напряжённые лица?
Это всё подписка на инстаграм агентства Магнум виновата, конечно, и эссе Сьюзен Сонтаг.

(страдаю оттого, что давно хочу сделать ремейк нашей с Доктором единственной фотосессии, но не в студии, а в оранжерее ботсада, куда хотела попасть с самого начала, да напоролась на ремонт, — и что, скажите на милость, будет делать в оранжерее растрёпанная девица в кружевном платье в пол? цветы сажать? фотография имеет право быть постановочной, но как правильно читать и ставить семантику постановочной фотографии? почему отличные журнальные снимки выглядят отличными несмотря на странную семантику?)

@темы: я снимаю, лытдыбр, карточки

16:54 

Выдумали с Доктором детскую книжку о блохе по имени Дарвин, которая путешествовала на собаке породы бигль и кусала разных животных.
Я подбиваю его книжку всё ж таки написать и проиллюстрировать: в подарок Майскому.

@темы: лытдыбр

14:29 

Фотограф я плохой и вдохновенный. Сдвинься на полшага правее — был бы нимб.
Очень люблю Алисин профиль. Овал лица у неё мягкий и округлый, а профиль точёный и резной.


@темы: лытдыбр, карточки, я снимаю

13:47 

04.08.2018 в 12:46
Пишет ksaS:

Внезапно нашла древнюю, как дерьмо мамонта версию "Tupelo" и изумилась тому, что нынешний вокал у Кейва побогаче будет.
Хотя смотреть на него юного весьма отрадно для глаз.


URL записи

@темы: я слышу

12:12 

Почему я так люблю плёнку? Считаю ли я, что фотографии на плёнку лучше, чем фотографии на цифровую камеру?
Нет (конечно, нет). Помимо того, что это безбожно дорого и безбожно долго, и качество на цифровую камеру существенно лучше, и вообще можно (но не нужно, не нужно!) имитировать плёночную фотографию цифровой. Но это один из самых простых способов испытать сладкое ожидание неизвестности — когда результат от тебя толком и не зависит. Нетерпение от ожидания ёлки, плюс ритуалы, плюс возможность того, что ёлки не будет (плёнка засвечена, ракурс выбран неудачный, мало ли что может случиться). Ваби-саби.

Галя вблизи ошеломляюще красивая, даже когда похожа на крапивинского мальчика (впрочем, учитывая, что она студент-историк и только что приехала с раскопок, в некотором роде, она и есть крапивинский мальчик). И когда непохожа, тоже красивая. Но важно не это, а то, что мы как-то сразу разговорились — чуть ли не фразы друг за друга заканчивая. И вот в чём загвоздка. Обычно, разговаривая о литературе, я чувствую себя несколько шарлатаном (а я и есть несколько шарлатан: читаю много, а выношу из прочитанного куда меньше, чем могла бы). И иногда случаются собеседники, с которыми в разговоре это чувство собственного шарлатанства доходит до некоего апогея: и тут цитату вспомнишь, и тут фамилию упомянешь, а о чём по большому счёту разговор — непонятно. А с Галей всё вышло наилучшим образом. Помню, что мы пересказывали друг другу эпизоды из Детства Чика, и ещё, когда затронули тему о том, как писать о русской современности, чтобы (она заканчивает: не скатиться в чернуху, да?) — она упомянула Коровина, и я: тот Коровин, который художник, да? И она: ну да, это, знаешь, такая книжка, которая делает очень светло и хорошо.

Боже, кто-то вообще кроме меня читал и любит Коровина.

кадр получился словно из какого-то кино
а в руках у Гали-на-снимке отчётливо видно факел, которого не было у Гали-перед-камерой
в связи с чем я два дня гадаю, о чём же было это кино. не так с ним всё просто



ещё

@темы: я снимаю, лытдыбр, карточки

14:36 

ПРОСЫПАЯСЬ В СТАРОСТИ В ТУМАННОЕ УТРО ПЕРВОГО ДНЯ СЕНТЯБРЯ

жалкая подделка под бродского

проснёшься вдруг — и всё тебе не впрок;
весь мир прозрачный, призрачный, непрочный,
как будто ты не выучил урок —
но час был беспечальный, неурочный;
как будто память к старости, шутя,
неверная, задумывает шалость.
она: не долготерпит, как дитя;
не любит; не испытывает жалость —
***
сам сон забылся; но его шаги
ещё звучат. Зелёная ограда
шестой гимназии видна издалека.
господь суров и носит сапоги,
как школьный комендант; изгнать из сада
за воровство — в другие берега.
под окнами — витая баллюстрада.
страдание — осенняя страда.
***
был изгнан из гимназии. за то, что
не выучил урока? нет. не там поставил точку?
нет, не то. за воровство лиловых поздних яблок
из сада коменданта? может быть.
из глубины безжалостного сна
ты повторяешь, стискивая зубы:
не лгал учителям; не предавал
товарищей; не обижал; не крал;
на службе в церкви громко не смеялся.
зачем — всю жизнь — один и тот же сон
меня терзал, но только лишь сегодня,
туманным утром, первым сентября
я был прощён и возвращён обратно,
и комендант гимназии во сне
протягивал мне белый аттестат
как жёлтый аусвайс — годами позже?
он был во сне — пожалуй, не господь;
возможно, Пётр; а может быть, из прочих
мелкопоместных ангельских чинов;
а может быть, и вовсе разночинец.
***
я просыпаюсь с мыслью: прощены.
гляжу в окно и знаю: до весны
и я восстановлюсь в господней школе.
и мысль, ничем не сдержанная боле,
несёт меня в нездешние края,
покуда парк окутан белым газом —
крылом моравской птицы, чёрным глазом
мне подмигнувшей: голубь — это я.
запись создана: 22.07.2018 в 20:52

@темы: черновик, стихи, Мышь

08:44 

ПАСХА

долго ли спьяну стыть на ветру долго ли жить дураками
в руках ли красное яичко катать молиться о неблагом
выходил иван поздний сын поутру вытирал глаза кулаками
уходил по пояс в сырой траве глинозём месить сапогом
да
долго ли, говорит, недолго ли шёл когда повернул обратно
ничего не помню было темно горел светлячок в горсти
но ни видал ни зги кроме этой степи травы её сыромятной
и тишины — тишина была больше, чем можно перенести
но в ней,
в тишине, каждый шаг гремел, цикад цимбальная свора
звенела свой циркадный набат незыблемый как стена
но голубая трава поднималась вверх из глины, песка и сора
и диск степи был горбат как кит выныривающий со дна
так
кажется вечность не перемочь и ночь уже не растает
и сколько железных сапог стоптал но отчего-то жива
слепая вера в то, что когда-нибудь солнце всё-таки встанет
докатится красным яичком да попадёт в небесные жернова
и
сколько ты, говорит, ни живи дураком белой ни жди голубки
сколько ни пяль глаза в небеса ожидая благую весть
а где-то лежит в голубой траве осколок красной скорлупки
который помимо всего другого значит, что пасха есть
и будь ты испуган или потерян лежишь ничего не видишь
песок под веками руки прячешь в сиротские рукава
и каждому выверен свой предел и ты за него не выйдешь, —

но вдруг встаёшь открываешь дверь выходишь
а там трава.
запись создана: 13.07.2018 в 07:43

@темы: черновик, стихи

06:45 

***

совсем забыл — и вдруг свело живот,
и вдруг сегодня вспомнил как живого
(а был ли мальчик?)
(не было)
но вот
из запаха, сырого, дождевого —
вот сумерек лиловая стена,
а вот в кармане вымокшие спички —
кто сиживал у углей дотемна,
а засветло чурался переклички
и чья худая длинная спина
сутулилась у стенки по привычке, —
вдруг вспомнил, что три вечера подряд
и я с тобою сиживал у углей, —
оброк, напоминающий обряд.
и пять отрядов, выстроенных в ряд,
и солнечный метательный снаряд,
такой же, только выше и округлей,
из птичьих гнёзд вставая поутру,
шипел, спускаясь в воду ввечеру
за дальний дол, за перекат полей,
и таволга так кипенно кипела,
и всхлипывала иволга, и пела
кукушка за зелёной пятернёю
клонящихся к рассвету тополей
заутреннюю зорьку — встань, мол, встань, —
и это чувство, налитое всклянь,
чужое, незнакомое, щенячье —
тебя любил три вечера подряд,
не зная, как назвать это иначе:
три вечера мучительно, щемяще
(как лист осенний) падало на грудь,
а там и рассосалось как-нибудь,
но память (память?) память не твердеет,
а только индевеет. перед сном,
лежащий на постели в одиночку,
дохнёшь, протрёшь ладонью — заблестит,
как новая. как звонкая латунь
над белым, белым гипсовым горнистом,
и сразу помнишь, кто дудел в рожок
и даже кто в конце концов разжёг
(как будто я, опальный?) тот прощальный,
из целых сосен сложенный костёр —
смоляный сруб как избяную стену —
и вообще — и кто в конце концов…

так пионеры закрывают смену
(так викинги хоронят мертвецов)
запись создана: 18.06.2018 в 17:04

@темы: стихи, Мышь

09:49 

шербет лучше пломбира



Мороженое "Летний Джармуш"

первая отрицательная
хорошее каберне — полторы чашки
гуаровая/ксантановая камедь — на кончике ножа
палочки для мороженого — две штуки

Взбить, замораживать в несколько приёмов, разбивая льдинки, чтобы не получить айсвайн на льду. Перед последней заморозкой переложить в формочки, воткнуть палочки. Доставать из холодильника посреди просмотра со словами "а кстати".

Мороженое "Зимний Джармуш"

какое-нибудь каберне — полторы чашки
гуаровая/ксантановая камедь — на кончике ножа
палочки для мороженого — две штуки
мёд или сахар, корица, гвоздика, бадьян
кардамон
апельсиновая цедра

@темы: лытдыбр, карточки

09:28 

Хочу фотографировать человеков, писать стихи и сказки и бесцельно шляться по городу. Хочу переселиться поближе к реке и ходить смотреть, как солнце садится в воду. Хочу лежать на диване и учить свой немецкий. Хочу дочитать "Пирамиду" Леонова. Хочу лежать сколько лежится, а когда надоест, переворачиваться на другой бок и снова лежать. Хочу часы "Ракета Коперник Ночь" и пакетик съедобного мела. Хочу в музей и в лапшичную, пионов и гортензий. Хочу коробку дегтярного мыла. Хочу сесть в машину и поехать на рыбинский кожевенный завод. Хочу подарить Доктору самокат и алмазный брусок на 200 grit. Хочу штаны шириною с чёрное море и купаться с лодки.
Хочу квартирку в Доме на Набережной, хочу сломать в ней стену и воздвигнуть её же обратно из стеклоблоков. Хочу много денег. Хочу научиться зарабатывать деньги в нерабочее время (но не знаю, чем и с чего начать; столько лет фрилансила и вот, пожалуйста, как вернуться).

@темы: лытдыбр

12:13 

смерть где-то рядом, но нигде конкретно

сто тысяч рыбок в каждом городке
из рода стеклодувов,
в герметичном
венецианском пригороде.
сон
здесь никогда не ходит налегке,
на всякий случай облечён в тяжёлый мрамор,
в розовую воду,
просеянную пузырьковым способом,
и в бронзовый корсет
решётки набережной, длинной, леденцовой,
шнурованной и вдоль и поперёк
швартовыми канатами, — да так, что
дышать
нетяжело,
идти легко,
смерть где-то рядом, но нигде конкретно,

и вот теперь ещё одна напасть —
сто тысяч рыбок,
высаженных в окна —
и только Уго ходит их считать.
сначала он считает их по пальцам,
и у него истаивают пальцы
сначала ногти, а потом фаланги
сначала руки, а потом и ступни
и всё пустяк, но рыбок слишком много
потом он их по памяти считает,
и у него истаивает память:
сначала запах материнской пудры
потом румянец девочки-соседки
потом её сведённые коленки —
а что же Уго? —
Уго тихо плачет
по памяти, по пудре и коленкам,
но рыбки, рыбки, как ожог сетчатки,
тот тут, то там мелькают в стороне,
всплывают где-то на периферии
зрения, всплывают от корней
подземных водорослей,
тычутся в ладони,
звенят как нерастраченный стеклярус,
как чаячий призыв — ко мне, ко мне —
чванливый окрик рыночного бонзы —
и он кричит,
беззвучно, как во сне —

но кто его услышит
кроме бронзы
запись создана: 19.06.2018 в 16:20

@темы: стихи

13:30 

Скажите, вам тоже режет глаз написание фамилии впереди имени, как то: Тёркин Василий — вместо Василий Тёркин? Не первый раз замечаю, что люди тяготеют к этому канцеляриту даже тогда, когда никакие правила их не обязывают, и Маша Иванова вдруг в книге отзывов музея современного искусства или на поздравительной открытке подписывается Ивановой Машей — как в школе привыкла, что ли.

@темы: лытдыбр

09:54 

Проснулась в чёртову рань, заварила чаю и отчего-то села пересматривать "Полёт драконов". В переводе Володарского. Не то что даже в дубляже не смогла, — под оригинал и то мозг подкладывает голос Володарского. Хотя поди ещё найди в открытом доступе этот оригинал! Это, конечно, синдром утёнка. Я смотрела "Полёт драконов" тысячу раз, когда-то он был моей единственной кассетой. Потом стал не единственной, но самой любимой — остался. Володарский, конечно, запинается, оговаривается, сбивается с ритма — но боже, как он шикарно интонирует.

@темы: лытдыбр

11:07 

У ***ых в девяностых была собака по имени Туня. Она ела некрупные вещи. Про всё, что терялось дома (обыкновенно с концами), можно было говорить, что оно пропало втуне, потому что так оно, как правило, и было.

@темы: лытдыбр

11:22 

экслибрис

Наконец-то сделала нам экслибрис — всё как подобает: Люпус, Лепус и страшная звёздочка как отсылка к Линор Горалик. Сдула кучу пыли с книжек, влепила на каждую штемпель, заодно набрала себе чтения на три недели вперёд — оказывается, у меня там склады, склады и залежи! Венцлова, Платонов, "Зулейха" и ещё две-три книжки, одолженные у кого-то, но так и не прочитанные.
Пора уже вводить в обиход и вторую еврейскую библиотечную привычку: писать на каждой одолженной книжке карандашиком, у кого, когда и на сколько, потому что две я так и не могу атрибутировать.
Каким-то образом общий экслибрис для меня имеет куда большее значение, чем обручальное, скажем, кольцо, которое я постоянно теряю по дому и которое Доктор всё предлагает переплавить на что-нибудь позабавнее.

PS: зайчик не съеденный, живой, спит




@темы: руками, лытдыбр, Lepus et Lupus

17:08 

песенка

что ты видишь под собою, брат мой монгольфье
шпили башен лик их страшен белый гребень над рекою
чёрный колокол на башне красный колокол на башне
синий колокол на башне бьют акафист панегирик

что ты видишь над собою, брат мой монгольфье
над тобой летают птицы над тобой темна вода во облацех а над водою
краснокрылый серафим и синекрылый херувим и
чёрный ангел падший ангел а над ними сам господь
бескрылый сам господь как ты бескрылый
на своём воздушном шаре в безвоздушной черноте

что ты видишь пред собою, брат мой монгольфье
только небо только ветер только радость нет не радость
одиночество и дни и ночи больше ничего на свете
больше нету ни на свете ни в кромешной темноте
запись создана: 20.12.2017 в 16:43

@темы: черновик, стихи

13:28 

Ещё сшила братцу кожаный рюкзак, большой и синий.






@темы: Lepus et Lupus, лытдыбр, руками

11:43 

Наконец-то сделала себе идеальный ту-ду блокнот. Даже два. Англоязычные товарищи называют это bullet journal. Я ума не приложу, почему мне так неудобно пользоваться для ту-ду телефоном, но, думаю, это потому, что я и думать могу только пока пишу руками.
В общем, у меня есть ещё один свободный. Для таких же неорганизованных чуваков, как и я, которые начинают чистый блокнот для списков дел и тут же пишут туда стишочки и ерунду. Он, во-первых, кожаный и на кнопках и его можно носить даже в кармане: он никогда не истреплется, не испачкается и не помнётся. Во-вторых, он очень узкий: специально для длинных списков. Стишочки туда писать просто неудобно. В-третьих, в нём сменные блоки-тетрадки чуть больше, чем на месяц (тонкая бумага внутри, плотная снаружи), и их можно наделать вообще из любой бумажки, хоть из коричневой крафтовой, хоть из чёрной (немедленно сделала себе из чёрной бумаги), хоть из белой, хоть из старых обоев. Выглядит всё равно фабрично. Испортил блок — вставил новый, едем дальше. Закончил блок — подписал даты, сунул в шкаф.



@темы: лытдыбр, руками

E-mail: info@diary.ru
Rambler's Top100