Финал!


***

Кафе, в котором однокурсники беседовали в прошлую встречу, только-только открылось и поэтому пустовало. Кристоф и Лариса заняли тот же столик, что и ранее. На этот раз юноша вызвался платить – он хотел поблагодарить старую знакомую хотя бы так. К счастью, утреннее меню по сравнению с вечерним было сильно урезано, и заказ вышел совсем маленьким – на таком не разориться.
– Получается, мой непутёвый кузен тратил деньги и время в заведении, которое принадлежало беглому кардиналу? – неприязненно уточнила Лара.
– Не ему, а его пособнику, – поправил её Крис. – Юнг Дантрел считал себя обязанным Нордеманну и при этом боялся его, поэтому не мог не помочь. Забавное дело, но тем, кто рассказал нам, где следует вести поиски, также был Дантрел.
«Но при этом не подозревал, с кем имеет дело... Если быть точнее, наводку нам дал Ёсудзи Кёртис. Он же организовал встречу, а Аль сделал всё остальное. Ощущение, будто этот информатор, чтоб его, чисто ради веселья разгрёб руками Альянса ту кашу, которую заварил его знакомый.»
– Значит, Лука больше не будет ездить в «Чёрный мрамор».
– Не будет, – подтвердил ефрейтор. – Клуб закрыт, руководство арестовано. С преступниками разберётся Альянс.
– Разве наёмников не передадут Серым? – удивилась девушка.
– Нет, не передадут. Они ведь подчинялись Нордеманну, значит, судить их будут маги, – объяснил Кристоф.
– Ясно, – задумчиво протянула Лариса. – Спасибо, что рассказал. Я не собиралась помогать Альянсу, это вышло случайно. Но я рада, что смогла сделать хоть что-то полезное, пусть и не подозревая об этом. Забавно получилось. И я не была уверена, что «Чёрный мрамор» закроют. В газетах ведь не всегда пишут правду.
– В газетах? – встрепенулся Крис.
– Ну да, – девушка невинно захлопала глазами, – ты разве не видел?
– Нет… Погоди-ка, – запоздало осенило юношу, – ты так подробно обо всём меня сейчас расспрашивала, хотя уже была в курсе новостей?!
Лариса, прикрыв рот ладошкой, залилась смехом. Ефрейтор насупился и стиснул пальцами фарфоровую чайную чашку, но тотчас опомнился – не хватало ещё попортить что-то из местной посуды!
– Прости, прости, – Лара, утерев платочком выступившие на глазах слёзы, протянула парню вчетверо сложенную газетную вырезку. Крис развернул хлипкий, порядком измятый листок и едва не поперхнулся, увидев первую же строчку не слишком изобиловавшей подробностями статьи – публикация сообщала, что Хартмут Нордеманн пал от руки Джоанны Рхианн нир Паттер.
«Как хорошо, что я не стал рассказывать Ларисе всё, – испуганно подумал парень, бегло просматривая заметку, увенчанную большим мыслеснимком с изображением здания “Чёрного мрамора”. – Чуть не выдал того, чего ей не следовало знать! Мне надо быть осторожней. Учту это на будущее.»
– Прочёл? – спросила девушка, увидев, что Кристоф потянулся за печеньем.
– Да, – кивнул юноша. – Спасибо. Ничего, если я оставлю вырезку себе?
– Конечно! Я для тебя её и принесла! – Лара всплеснула руками, едва не опрокинув сахарницу. – Завтра обещают выпустить более подробные статьи. Наверняка там и лично тебя упомянут!
«Не приведи Всесоздатель», – ужаснулся про себя Крис, живо представив реакцию родственников. Именно для них он и выпросил эту скромную заметку, не изобиловавшую подробностями, с парой туманных упоминаний Четвёртого спецотряда. Мало ли, что учудят перепуганные родители, узнав, в какой переплёт попал их сын. Не приведи Всесоздатель, попытаются вернуть его домой – с них станется. Такие противники будут пострашнее самого Нордеманна с его соратниками!


***

Так долго находиться в стороне от всех событий, не имея возможности принять в них участие, и облажаться, когда впервые за долгое время появился реальный шанс помочь.
Анри Флорис любил спокойную, сравнительно размеренную жизнь в стенах мастерской. Любил непрекращающееся жужжание приборов, шипение алхимических вязей, длинные строки расчётов, парившие прямо в воздухе. Любил, плетя одной рукой сложный магический узор, в другой держать простой, незамысловатый инструмент, никак не связанный с чародейским аспектом механики. Комбинация науки и волшебства завораживала. Она создавала поистине удивительные вещи. Колдун, владевший техномагией, проникал в тайны окружающего мира куда глубже, чем любой другой маг или обычный учёный. Парень хорошо знал себя и свои силы. Он годами развивал, оттачивал ловкость рук и гибкость ума, чтобы в одиночку управляться с аппаратурой, за которой обычно работало несколько человек одновременно.
В настоящий момент руки ни на что не годились. Пальцы роняли даже столовые приборы, а кисти сводило болью, стоило взять что-то сравнительно тяжёлое – например, чашку с чаем или книгу.
Целители говорили, что завтра станет лучше. Мол, лечебную терапию нельзя проводить чаще двух раз в день, иначе мягкие ткани не выдержат. «Потерпите ещё немного, не рвитесь вперёд.» Разумеется, выздоровление идёт своим ходом, и довольно быстро. Всего полдня назад Анри и шевелиться было больно. Сейчас он уже в состоянии сидеть.
И всё-таки – как же глупо. Не следовало бросать тренировки. Придётся долго возвращать прежнюю физическую форму. Он слишком расслабился, полагая, что Башня абсолютно безопасна, что сильных магов в ней достаточно и без него, поэтому умение сражаться больше не пригодится. Чушь. Случиться может всё, что угодно. Попытался прыгнуть слишком высоко, даже выше того уровня, на котором был раньше – молодец, получай. Разумеется, амулеты выручили, но их сила не безгранична. Надо чаще заниматься фехтованием, благо теперь появился напарник, который хочет учиться.
Перед мысленным взором мелькнула выжженная, гладкая и ровная, как стекло, багряная поверхность Батницкой равнины. Проклятый бой, проклятый зазор между Алтасой и Ресмикой-лан! Именно там, в тридцати километрах от Охенки, капитан Анри Флорис когда-то потерял свою смелость. Теперь всякий раз, выглядывая за пределы Башни, техномаг вспоминал бесконечный простор без единого укрытия, который требовалось защитить во что бы то ни стало. И он защищал. Сражался, пока мог, и если не мог – тоже. Когда руки уставали держать меч – использовал магию. Когда магических сил не оставалось – хватался за клинок. Долго, долго, долго, потому что подмога была уверена, что служитель давно погиб и спешить больше нет необходимости.
Ещё бы хоть раз выйти наружу! Рыжий, опасаясь, что передумает, торопливо поклялся себе, что обязательно высунет нос из Башни и попытается прогуляться по аллее вдоль ограды, едва вновь окажется на ногах. Строго говоря, юноша уже был на ногах, но ноги передвигались еле-еле и при помощи пары костылей, так что это не считается.
Далеко не все палаты медблока были с окнами. Полковник Нозизв-уун, несомненно, пришлось основательно потрудиться, чтобы выбить для Анри достаточно просторную комнату с обоями приятного светло-салатового цвета, в которой был даже небольшой застеклённый балкончик. Интересно, с чего это она так расстаралась ради служителя, которого толком не знала? Странно. Впрочем, все люди в той или иной мере странные.
Его соотрядники тоже были странными. Понятное дело, что больного полагается навещать, но зачем приносить столько вещей и гостинцев?! Техномаг успел раздать медсёстрам целую корзину яблок и груш, но те фрукты, что остались, ему не съесть и за декаду. Куча книг, часть из которых парень когда-то успел прочесть, а другую часть не горел желанием изучать. Несколько ловцов снов – от Руфи, колокольчик ветра на балконную дверь тоже повесила она. Зачем, спрашивается? Ветра-то нет. Драгослав, заглянувший утром, заговорщически подмигнул и шепнул, что оставил под больничной койкой пару мушкетов и одно ружьё, все заряженные. Для чего? По солнечным зайчикам стрелять, что ли? Их в палате не появлялось вовсе – ни белёсая поверхность стола, ни пара крепких деревянных табуретов лучи не отражали, а платяной шкаф был довольно старым, и зеркало, само собой, находилось на внутренней стороне дверцы. Айзифа вручила пледы. Возможно, если начнёт лихорадить, один плед пригодится, но куда деть остальные шесть!? Два чайника (набрать в них воду и донести до комнаты Анри пока не в состоянии), чайный сервиз на четверых, горка сменной одежды, уйма схем и инструментов из мастерской. Последнее расстраивало особенно сильно. Во-первых, техномаг не очень любил, когда кто-либо, даже свои, заглядывал в его комнату без разрешения. Во-вторых, соотрядники не разбирались в техномагии, поэтому, как сороки, тащили всё самое яркое, необычное и притягивающее взгляд. Коробка винтов с прямыми шлицами и связка крестовых отвёрток. Набор мелких гаек, которые не подходили ни к одному комплекту болтов. Несколько стальных заготовок, которые оставалось только собрать, но под них нужны винты совсем другого диаметра, шестерёнки (двенадцать штук, одинаковые, а не разномастные!) и тумблеры. Тумблеров не нашли, зато «порадовали» горстью ярко-красных переключателей. Когда техномаг попросил Айзифу поискать в мастерской контейнер с болтами (и даже подробно описал, как болты выглядят и чем отличаются от гаек, шурупов винтов и гвоздей!), ундина приволокла обед из столовой и сообщила, что больным надо отдыхать, а инструменты здесь «для уюта, чтобы палата напоминала твою комнату». Анри вздохнул и отказался от еды – он перекусил часом ранее. Девушка, подчёркнуто обиженная, пожала плечами и забрала поднос с собой, но оставила пирожные, которые теперь стояли на прикроватной тумбочке и медленно, скорбно таяли, потому что хранить их следовало в прохладе.
Руфь просидела в палате немало времени, сначала дежуря у постели юноши, а потом – беседуя с ним, чтобы отвлечь от боли. Шан-Де выглядела усталой, и техномаг сказал ей, что хотел бы побыть в одиночестве. Солгал, разумеется. Теперь в комнате было слишком тихо. Улица, слегка прикрытая сетчатой изумрудной занавеской, становилась всё ближе. Парню хотелось зажмуриться и спрятаться под одеяло, чтобы не видеть это тяжёлое, серое небо, эти мириады снежинок, эти крыши домов и верхушки деревьев, но он упрямо продолжал сидеть, опираясь на подушки. От правой руки к капельнице тянулся тонкий, полупрозрачный проводок. У изголовья покоился в ножнах алхимический меч, его туда поставил Кристоф. Самое, пожалуй, полезное действие из всего, что предприняли соотрядники. Жалованье, которое отдал ненадолго заглянувший в палату шеф, тоже несколько грело душу. Анри хотел поскорее записать перечень покупок на ближайшие две декады, отдать кому-нибудь из коллег вместе с частью содержимого кошелька и попросить отнести это в Технический универмаг. Артефакт сыворотки правды, если верить ребятам, сработал на ура, так что стоит сделать побольше подобных штук, с разными радиусами действия и длительностью.
В дверь палаты постучались. Спустя мгновение внутрь заглянула темноволосая, смуглая целительница:
– Господин Флорис, к вам пришли посетители. Двое. Они не из Альянса, поэтому я прошу вас не затягивать встречу дольше, чем на двадцать минут. Напоминаю, что гостям медблока не положено находиться вне палаты больного без сопровождения кого-либо из служителей.
– Спасибо, я помню, – кивнул техномаг. – Но…
Медсестра скрылась в коридоре. Анри гадал, кто мог заглянуть проведать его. Двое? Однокурсники? Вряд ли, он давно потерял контакты с университетскими товарищами. Семья? Тоже нет, Кэйсо-нир далеко, туда только-только успели дойти новости о ночных событиях. О заранее запланированном визите предупредили бы письмом – дядюшка крайне щепетилен в таких вопросах. Двое? Или один и один?..
Неприятная догадка кольнула юношу. Он хотел крикнуть служительнице, чтобы она немедленно выпроводила визитёров из штаба, но не успел.
– Прекрасно выглядишь. В меру пафосно и при этом жалостливо. Тебе очень идут все эти бинты.
Техномаг стиснул зубы, жалея, что до принесённых Драгославом мушкетов так трудно, практически нереально дотянуться.
Грациозная темноволосая незнакомка в короткой, обтягивающей курточке из драконьей чешуи и узком бордовом платье прислонилась к двери и скрестила на груди руки в тонких кожаных перчатках.
Ёску насмешливо улыбнулся:
– Ну здравствуй, братец. Вот и свиделись.


***

Людей в столовой собралось столько, что Кристоф с трудом отыскал свободное место. Пришлось присоседиться к научникам, активно обсуждавшим какие-то магические завихрения и то, как их следует использовать. Ефрейтор ничего не понял из их разговора, но то, что после вчерашней битвы жизнь в Башне продолжала кипеть, не окрасившись в мрачный оттенок, радовало его.
Поскольку цены в кафе действительно впечатляли, парень не стал заказывать там ничего существенного для себя и теперь стремился побыстрее наверстать упущенное. Наворачивая простенькую и оттого невероятно вкусную картошку с грибами, Крис оживлённо вертел головой по сторонам, пытаясь отыскать среди едоков хоть одно знакомое лицо.
Из соотрядников, разумеется, никого не было, но неподалёку юноша заметил полковника Санаайт Нозизв-уун, весело болтавшую с длинноволосой, слегка полноватой женщиной средних лет. Иджа активно жестикулировала, слушательница улыбалась и кивала. Напротив великанши пристроились две девушки, видимо, двойняшки – они были невероятно похожи друг на друга, обе с волосами соломенного цвета, круглыми веснушчатыми личиками и голубыми, словно ясное весеннее небо, глазами. Рядом с ними важно восседал невысокий, щуплый мужчина с копной волнистых седых волос и здоровенной, будто нарисованной, родинкой на лбу. Последнего человека толком было не разглядеть – он сидел спиной к ефрейтору, виднелись только тёмные кудри волос да куртка с погонами поручика. «Наверное, это отряд полковника Нозизв-уун, – подумал юноша. – А они неплохо ладят».
Парень перевёл взгляд на соседний столик и вздрогнул, заметив там Щёголя Тьери – усталого, взъерошенного, с потемневшим лицом, без единой капли привычного лоска. Мужчина пристально смотрел на Криса. Во взоре его читалась жуткая, жгучая ненависть, подобной которой ефрейтору никогда и ни у кого не приходилось видеть. Рядом с Сеццель-Кантеором, у стены, пристроился поджарый черноглазый мужчина со светлыми, почти белыми волосами. Служитель был в сильно потрёпанной форме полковника, заляпанной засохшей кровью. Взгляд незнакомца не предвещал ничего хорошего, и Кристоф решил предпочесть блюда из столовой запасу еды в штабном морозильном коробе.
Направляясь к выходу, ефрейтор чувствовал себя так, будто его взяли на прицел и готовы нажать на курок. Чтобы не прибавить шаг, юноше потребовалась вся его выдержка.
Крис не обратил внимания, что за Тьери и Петшей не менее злобно и напряжённо следит побагровевшая от гнева Иджа.


***

– Надо же, а обстановка поскромнее, чем я думал, – Ёсудзи вальяжно расхаживал по палате, с неподдельным интересом разглядывая интерьер. Руки он держал в карманах длинного красновато-коричневого пальто с тёмными кожаными вставками вдоль швов. – Молва гласит, что Альянс гребёт деньги лопатой, а они даже на медотсеке экономят!
– Тебе бы всё деньги грести, – раздражённо буркнул Анри, глядя на чёрную шёлковую рубашку Ёску, странно сочетавшуюся с тёмно-бордовыми узкими брюками. – Служители, в отличие от некоторых гражданских, не любят шиковать.
– Поэтому покупают третий и четвёртый особняки, уже оказавшись в Совете кардиналов, – согласно кивнул информатор. – Понимаю. Запасной дом никогда не помешает – хоть какое-то разнообразие с такой занудной жизнью.
– Кардиналы зарабатывают своё звание потом и кровью, – резко возразил техномаг. – Не юли! Зачем ты пришёл? Поиздеваться надо мной?
– Ну что ты, – тон Ёсудзи вмиг изменился с хамоватого на увещевательный, – как бы я посмел? Мне просто захотелось проведать своего бедного, несчастного, раненого брата, узнать, как его здоровье. Я даже сувенир принёс. Держи! – оборотень кинул на одеяло небольшой свёрток из плотной, скользкой ткани.
Анри неуклюже, непослушными пальцами развернул гостинец и безразлично уставился на стопку угольно-чёрных пластинок, матово сверкавших в свете магической лампы.
– Ну как? Не ожидал? Нравится? – Ёску нетерпеливо переминался с ноги на ногу.
– Я не удивлён, что ты сумел добыть такой редкий материал, – вздохнул следователь, коснувшись металла слегка дрожащей рукой. – Но вынужден напомнить, что адамантиума нет в свободной продаже. Следовательно, ты раздобыл его незаконным путём.
– Чу, какие мы нудные! – полукровка подтащил ногой табурет поближе к постели больного и сел, облокотившись плечом на спинку кровати. – Я к тебе со всей душой, а ты…
– Только вот душа у тебя куда черней адамантиума, – холодно заметил техномаг.
– Какой же ты стал резкий, – покачал головой Ёсудзи. – Или ты ведёшь себя так лишь со мной?
– А как мне вести себя с тобой? – огрызнулся Анри. – После того, что ты сделал?
– Что именно тебя не устроило? – наигранно посерьёзнел Ёску.
– То, что ты умолчал про Нордеманна. – служитель отодвинул пластины в сторону. – Дантрел не мог сам так быстро найти подходящий дом. Он попросил о помощи тебя, верно? И ты рассказал про постройку, которая должна была стать штабом Альянса. Дал… нет, продал план здания и схемы подземных ходов. Я уверен, что всё было именно так. Я прав?
– Если ты всё знаешь, то зачем спрашиваешь? О! – информатор выхватил из кучи пледов что-то полупрозрачное, бежевого оттенка, расшитое розовыми рюшами и розочками. – Братишка! С каких пор ты носишь пеньюары? Да ещё и женские!
– Заткнись! – вспыхнул Анри. – Это… это Айзифа принесла! Эта штука запуталась в пледах, а она не заметила и приволокла всё сразу! Положи на место!
– И перед кем же девочка-ундина рассекает в таком милом наряде? – ехидно протянул Ёсудзи. – Перед твоим обожаемым начальником?
Капельница резко откатилась в сторону и пошатнулась, врезавшись в стену. Алхимический меч будто сам собой очутился в руке следователя. Каким-то чудом неуклюже скрюченные пальцы ухватили рукоять, как надо. Оборотень скосил глаза на острие клинка, приплясывавшее у его горла, и с насмешливой улыбкой поднял руки:
– Ладно, ладно! Мир! Я сдаюсь! Боже, братец, ты чего? Мне уже и пошутить нельзя…
– Я не люблю такие шутки, – натянувшийся до предела проводок неприятно дёргал руку, но техномаг продолжал удерживать лезвие у кадыка Ёску. Ещё чуть-чуть, небольшой огрех в координации – и меч коснётся смуглой кожи информатора.
– Джеспер, стоять, – строго приказал Ёсудзи помощнице, торопливо сунувшей руку в карман. – Хорошо, хорошо, брат, как скажешь. Таких шуток больше не будет. Опусти меч, пожалуйста.
Анри крайне неохотно вернул клинок в ножны, причём не с первой попытки – руки ныли и совершенно не слушались. Полукровка пододвинул капельницу поближе к койке и заботливо одёрнул сползшее на пол одеяло.
– Эх ты, совершенно себя не бережёшь. Твои навыки, безусловно, восхитительны и внушают страх, но нельзя ли быть поаккуратней с собой? Особенно сей…
– Я – не такой неженка, как ты, – перебил Ёску техномаг, – и не развалюсь от пары-тройки взмахов мечом. Не заблуждайся. Если я захочу тебя убить, то сделаю это прежде, чем ты успеешь предпринять хоть что-то.
– Ты не неженка, конечно, – вздохнул информатор, – но слабости есть у всех живых существ. Послушай, тебе не надоело сидеть в четырёх стенах?
– Что? – дёрнулся служитель.
– Я о твоём паническом страхе открытых пространств, – пояснил Ёсудзи. – Ты ведь мог сдержаться во время сражения, не так ли? Не расходовать столько сил. Но ты решил, что должен помочь своим любой ценой. Ведь за пределами Башни ты бесполезен, поскольку не способен выйти наружу. У меня есть все средства, чтобы помочь тебе это исправить. Никаких длительных сеансов реабилитации, никаких мучений. Я так или иначе знаком практически со всеми специалистами в области заклинательной психотерапии, и не только в Астерби, но и за её пределами. Половина из них – мои должники, а с другой половиной так или иначе удастся договориться… Что скажешь, братец?
– Я прекрасно обойдусь без твоей помощи.
– Брось, – засмеялся оборотень, – ты столько лет боишься выбраться на улицу! Только представь, насколько возрастёт мощь спецотряда, если на сцену выйдет боец с такими замечательными способностями? Ты восстановишься, ты будешь ещё сильнее, чем раньше. Никаких денег и обязательств. Я помогу тебе просто так.
– Я уже дал тебе ответ, – твёрдо произнёс Анри. – Мне не нужна твоя помощь. Я справлюсь сам. Пусть это займёт немного больше времени – неважно. Сейчас у меня есть товарищи, которые обязательно поддержат меня. Они будут ждать моего возвращения в строй столько, сколько придётся, и не разочаруются во мне из-за пары-тройки неудачных попыток. У меня всё получится, и я не боюсь. Хотя ты едва ли поймёшь меня. У тебя-то нет союзников. Ты один.
Ёску хмыкнул, но его брата не обманула эта напускная насмешливость. Последняя реплика следователя попала в цель – оборотень слегка побледнел, отвёл взгляд и явно мешкал с ответом. Но прежде, чем информатор успел открыть рот, воцарившуюся тишину рассёк уверенный, бархатный голос Джеспер:
– Ты ошибаешься. У господина Кёртиса есть я.
Техномаг в изумлении воззрился на девушку, про которую успел забыть – настолько неподвижно стояла она у дверей, не мешая ходу беседы ни словом, ни движением. Точно призрак, она почти слилась с тенью, но её серо-зелёные глаза неотрывно наблюдали за происходящим.
– У него есть я, – Джеспер, покачивая бёдрами, приблизилась к Ёсудзи и положила ему на плечо руку, с которой успела стянуть перчатку. – Больше ему никто не нужен. Мальчик, твои друзья покинут тебя, как только ты станешь бесполезен и не сможешь идти рядом с ними. Одно серьёзное ранение, опасная травма или проклятье – и тебе придётся попрощаться и со своими товарищами, и с Альянсом. Твои коллеги порой будут вспоминать про тебя, но всё реже и реже. И однажды наступит миг, когда ты окончательно исчезнешь из их памяти. Но я всегда буду возле моего господина, что бы ни случилось.
– Ты плохо знаешь моих сослуживцев, – улыбнулся Анри. – Мы, знаешь ли, не звери, а отряд – не стая, которая бросает раненых, чтобы продолжить путь.
– Ла-адно, – протянул Ёску, разведя руками, – воля твоя. Но имей в виду – я жду тебя в любой момент, братец.
– Проваливай, – буркнул техномаг.
– Да-да, разумеется, – полукровка уже стоял на пороге. Обернувшись, добавил: – Кстати, чуть не забыл. Брат, ты здорово осунулся. Так что теперь по ширине грудной клетки пеньюарчик девочки-ундины и тебе подойдёт. Ой-ой!
Подушка со всего маху врезалась в едва успевшую захлопнуться дверь. Следом полетел чайник. Пальцы ухватили адамантиевую пластинку, собираясь швырнуть и её, но бережливость не позволила так неаккуратно обращаться с редким материалом. Уронив железяку на матрас, техномаг с удивлением взглянул на левую руку – трясущуюся, но вполне способную на более серьёзные и мощные движения, чем предполагали целители.
«Наверное, я выпишусь не через полдекады, а немного раньше, – довольно подумал Анри. – Хоть одна радость с визита этого облезлого лиса… Нет, есть и другая. Адамантиум – вещь стоящая. Сам виноват, мерзавец, что вручил мне такую ценность. Она принесёт пользу не одному мне.»
Оставалось только спрятать пластины – кто-нибудь из служителей, зайдя сюда, наверняка заинтересуется, откуда у юноши взялся запрещённый металл высочайшего качества.
Привстав с постели, техномаг сунул свёрток в беспорядочную мешанину разноцветных пледов. Туда же, после недолгих размышлений, отправился и скомканный пеньюар.


***

Ёсудзи удалялся от Башни размашистыми шагами. Ему неприятно было находиться здесь – в месте, переполненном волшебством, погрязшем в законах, согласно которым информатора вряд ли ждало что-то хорошее.
Славно, что он научился заметать следы.
Стражник на крыльце провожает удаляющегося посетителя хмурым, недоверчивым взглядом. Ещё бы! За свою семилетнюю карьеру в Альянсе этот молодой человек целых пятнадцать раз воспользовался услугами некоего господина Кёртиса и оставил в его кассе больше двух сотен золотых монет.
Джеспер едва поспевала за своим начальником. Каблуки скользили по утоптанной дорожке, но девушка не замедляла шага. Она не думала о том, что может упасть. Гораздо сильнее она боялась отстать от человека, который шёл впереди неё.
Тёмно-бордовая самоходка с затемнёнными стёклами была припаркована чуть поодаль от ворот. Ёску предпочитал не тратить магические силы на повседневные дела вроде вождения машины, поэтому за рулём всегда сидела его помощница. Джеспер нравилась роль шофёра. Она любила слегка болезненное показывание в руке, появлявшееся, когда заводился мотор. Ей доставляла удовольствие гонка по улицам огромного города, который она успела изучить целиком и полностью, вплоть до последнего переулка, до самой дальней окраины.
Сняв курточку и бросив её на заднее сиденье, поверх коробок с патронами и плоского ящика, где лежало несколько адамантиевых цилиндров, темноволосая девушка достала из бардачка косметичку и торопливо подправила макияж – губная помада немного стёрлась. Застегнула на руке широкий кожаный браслет и нажала полупрозрачный переключатель у нижнего края приборной панели. Собственная энергия – это хорошо, но подключить чаронакопитель стоит, мало ли что.
– Господин Кёртис, не могли бы вы убрать голову с моего плеча? – попросила Джеспер. – Я не смогу аккуратно вести машину, если вы будете мне мешать. Мы уже опаздываем на встречу.
– Ничего страшного, – пробормотал Ёсудзи, не открывая глаз.
– Вы ведь знали, как среагирует ваш брат, если вы навестите его, – мягко упрекнула Ёску девушка. – Почему же вы так расстроены?
– Я не расстроен.
Джеспер негромко вздохнула. Информатор и его помощница прекрасно понимали друг друга без слов, но разговор вслух, даже самый простой, не всегда желал идти на лад.
– Господин, – девушка наклонила голову, легонько коснувшись щекой взлохмаченных медных волос. – У вас свой путь, у Анри Флориса – свой. Вы выбрали не самую лёгкую дорогу и успешно преодолели все стоявшие перед вами преграды, не так ли? Что плохого в ловком уме и в способности манипулировать теми, кто глупее и прямодушнее вас? Это – ваше оружие. Одни, чтобы выжить, используют магию, другие – мечи, третьи – деньги. Вы же используете слова. Вы зарабатываете на жизнь слабостью других людей, но разве тем же самым не занимаются наёмные охранники или частные врачи? Это не делает вас недостойным человеком.
Оборотень молчал. Дыхание его было тихим и размеренным, будто он дремал.
– Я не знаю, скольких людей спасают солдаты и служители, – продолжала Джеспер, – но я точно знаю, кого спасли вы. Меня. Вы не побоялись протянуть руку рабыне из Земель Лиловых Песков. Вы заплатили за меня огромные деньги, хотя я была вам не нужна. Вы привезли меня сюда, в Астерби, раздобыли документы, помогли мне восстановиться. Мне нечего было дать вам взамен, я сказала об этом, но вы на это рассмеялись и подарили мне серебряное колье. Я призналась, что устала быть одна – вы доверились мне, пустили меня в свой дом. Что это, если не доброта? Ваша особенная доброта.
Красавица, глянув в зеркало заднего вида, поправила выбившуюся из причёски прядь.
– Мне некуда возвращаться, господин Кёртис. Я знаю, вы отыщете мою семью, если я попрошу вас об этом. Но зачем она мне? Я исчезла из родных краёв почти двадцать лет назад. С людьми, которые остались там, меня давно ничего не связывает. Я хотела найти своё место в этом мире. Боялась, что проведу всю свою жизнь в гареме, так и не увидев свободы. Мне надо не так уж много – дом, где я буду чувствовать себя в безопасности, работа, чтобы не голодать, возможность выглядеть миловидно и ходить, не опуская головы. Вы дали мне куда больше, чем я надеялась когда-либо получить. Я – не маленькая наивная девочка, которая не ценит того, что у неё есть, и сломя голову летит вперёд. Для моего возраста это слишком опрометчиво. Раз я нашла то, о чём мечтала семь тысяч холодных ночей подряд, я буду держаться за это. Господин, я не покину вас. Кем бы вы ни были, куда бы вы ни направились... Я делаю это по собственной воле, а не по принуждению. Это и есть моя свобода.
– Снова эти речи, – рассмеялся Ёсудзи. – Любишь же ты жалеть тех, кому это ни к чему.
– Ничего не поделать, господин Кёртис, – мягко улыбнулась Джеспер. – Такова моя натура. Послушайте, ну почему вы не хотите рассказать Флорису, что не замешаны в налёте на особняк генерала Эвира?
– Потому что ему прекрасно об этом известно, – шепнул Ёску на ухо помощнице, приобняв её чуть ниже талии. Его клыки сомкнулись на мочке её уха – слабо, но чувствительно.
– Тогда, – выдохнула девушка, – в чём ваша вина?
– В том, что я использовал эту ситуацию, чтобы возвыситься и резко изменить свою жизнь, – информатор легонько коснулся губами запястья Джеспер. – Давай немного опоздаем на встречу с клиентом. Скажем, на двадцать минут.
– Мы уже опаздываем на десять, господин Кёртис.
– Тогда на полчаса. Ты же знаешь, – полукровка расстегнул манобраслет на запястье девушки, – нас подождут.


***

Спустя два дня, когда снег почти растаял, Кристоф решил, что пора прекратить отлынивать от утренней разминки.
В холле ничто не напоминало о недавно случившемся сражении – помещение успели привести в порядок. За конторкой клевали носом Агнес и Чжоу. Светловолосая распорядительница проводила ефрейтора сонным взглядом и помахала рукой вослед.
Дорожки, порядком раскисшие, подморозило за ночь. Тропа сделалась бугристой, по такой не то что пробежаться – даже пройти сложно. Тем не менее, парень не стал сильно сбавлять скорость.
Крис выдохся к середине пятого круга. Ему удалось ни разу не упасть по пути, но всё-таки необходимость держать равновесие на неровной земле быстро выматывала. Глянув на часы, юноша заметил, что разминку пора бы заканчивать, чтобы вовремя вернуться в гостиную – не опаздывать же в первый после перерыва рабочий день. Лучше прийти первым и немного подождать появления остальных.
Ефрейтор был уверен, что его соотрядники, ночующие в штабе, ещё спят, и был немало изумлён, столкнувшись с Анри. Техномаг немного осунулся, но выглядел вполне бодро – невзирая на то, что при ходьбе ему пока приходилось опираться на костыль. Но куда сильнее парня удивило другое – он не ожидал увидеть рыжего служителя вне Башни, которую тот так боялся покидать. Тем не менее, Анри стоял на нижней ступеньке крыльца, задумчиво глядя на аллею. Казалось, что бывший капитан проводит в уме какие-то архисложные расчёты и полностью погрузился в себя, но нет – заметив соотрядника, техномаг кивнул ему в знак приветствия.
– Эм… Слушай, а ничего, что ты здесь? – опасливо спросил Кристоф, поневоле понизив голос.
– Ничего, – мотнул головой Анри, – но хорошо, что и ты здесь. Подожди немного.
Застегнув куртку, Крис присел на прохладные ступени. До рассвета оставалось всего ничего, но в плотно застроенный город он приходит позднее, чем обещает солнечный календарь. В сумраке призрачно белела далёкая ограда. Фонари худо-бедно освещали аллеи, но за пределами бело-жёлтых кругов магических ламп царила темнота, наполненная шорохами сухой травы. Техномаг, сойдя с крыльца, сделал пару шагов в сторону ворот и замер, будто остановленный невидимой преградой. Он крепко сжимал рукой костыль, на который опирался – будто тонущий держится за канат, который стал для него последним спасением. Тем не менее, рыжий не опускал головы и явно не спешил уходить.
К тому моменту, как Анри развернулся и побрёл обратно, небо над домами успело слегка посветлеть, а ефрейтор основательно продрог и теперь ожесточённо растирал руки – его опять угораздило забыть перчатки в штабе.
– Я подумал, что надо начать с малого, – тихо объяснил техномаг, хромая рядом с соотрядником. – Два шага – это уже неплохо. Завтра попробую сделать четыре.
– Тебя ведь ещё не выписали, верно? – забеспокоился Кристоф. – Ничего, что ты покинул медотсек без ведома лекарей?
– Ничего. Переживут, – в голосе бывшего капитана проскользнула едва заметная нотка иронии, напомнившая Крису Ёсудзи Кёртиса, но не внушившая неприязни. – Я позавтракаю с вами и вернусь.
– Вот как… А когда выпишут?
– Завтра. Или сегодня.
– Эй, Юанон! Флорис, а ты-то что тут забыл? – округлила глаза Агнес. – Я была уверена, что мне показалось… А, неважно! – весело добавила она, не дав служителям возможности ответить. – Ребята, для вашего спецотряда – две новые миссии! Проверить участок городской стены – похоже, там какая-то нечисть завелась. И – обезвредить мага, работавшего на Алых Рубак осведомителем. Альянсу стало известно, что этот тип где-то в Пелла Асиме. Если поймать не получится, то устранить – лишь бы не скрылся.
– Ты ведь уже бывал в катакомбах под городской стеной, верно? – спросил Анри.
– Да, – подтвердил ефрейтор, – но это ничего не меняет. Я попрошу Ал… комиссара отправить меня на второе задание. Пока с меня хватит тоннелей.


@темы: Альянс, Венок из орхидей, ориджинал, тексты